Один клиент пришел ко мне на грани нервного срыва. “Переутомился, — говорит, — на работе. Каждый день просиживаю с девяти до девяти, работаю за двоих и все время волнуюсь за каждое дело, так что ночами не сплю”. Еще говорил, что вообще-то следовало бы ему делать больше, чем сейчас, и лучше, только вот сил уже не хватает, здоровье не то.

И вот сидит он и ждет, что я ему отвечу, как говорят обычно, что так нельзя, нужно поменьше работать, побольше отдыхать и не принимать все близко к сердцу. А он тогда от меня отмахнется, как от всех отмахивается: “Не хочу я, — скажет, — быть как те люди, которым на все наплевать, этакие не-бери-в-голову. Зачем тогда человеку голова?” Этому моему клиенту еще родители завещали, что работа должна быть тяжелой, ее должно быть невпроворот и справляться с ней можно только на пределе сил — иначе какая же это работа? Родители также уверили его в том, что, сколько ни старайся, всегда найдутся недоделки, недоработки, упущения и огрехи.

Я не стал говорить клиенту того, что он ждал. Я спросил, бережно ли он относится к орудиям труда. Ну, например, к своему компьютеру. Он даже обиделся: “Конечно, говорит, берегу как зеницу ока. У меня даже есть специальный человек — из своего кармана ему плачу, только бы все было в порядке”. Поговорили еще о столе: хороший у него на работе стол, заслуженный, очень он его ценил. “Я, — говорит, — рабочие поверхности берегу”. Тут я и спрашиваю: “А себя?” Он не понял: “Что себя?” “Себя, — спрашиваю, — бережете? Тоже ведь орудие, да еще такое, что заменить трудно”.

Он даже позу переменил, на стуле откинулся. “Да, — говорит, — случись что со мной, они ведь не справятся!”

— А представьте, — сказал я, — что вы сам себе начальник.

— Так и есть, — ответил он, — у меня такая работа, что я сам себе и начальник, и вспомогательные службы.

— Ну вот, — говорю, — а начальник должен знать, сколько работы его подчиненный может выполнить за определенное время без вреда для дела и здоровья. Начальник же за подчиненных в ответе!

— Да как, — отвечает клиент, — себя беречь, когда столько всего сделать надо и хочется как можно лучше, как можно больше?

Тут я предлагаю: раз вы начальник, давайте думать не в терминах “больше” и “меньше”, а ответственно: “столько, сколько надо”. И если уж “брать в голову”, то всерьез: стараться находить оптимальные решения. Оптимальные и по количеству дел, и по качеству их выполнения. Ведь помимо максимумов и минимумов есть еще оптимум.

Вспомнилось в тему. Один мой знакомый, отчаянный перфекционист, занимался переводом служебной переписки: его фирма вела дела с 13 странами. Ему говорили, что вполне можно обойтись деловым английским, но он стремился бумаги, отправляемые, допустим, в Норвегию, перевести на норвежский (он хорошо владел немецким, а от Бердичева до Жмеринки, как известно, один шаг). Обложившись словарями, по полдня убивал на перевод небольшого документа, из-за чего у него потом скапливалось много работы и он засиживался допоздна. Потом, найдя в документе, присланном норвежцами (на английском, разумеется), необычное употребление английского слова, лез в словарь синонимов и исследовал фразеологические возможности. Начальник, который с нетерпением ждал этого документа, выходил из себя, но переводчик говорил ему, что не может передать ему документ, в точности перевода которого он не “абсолютно” уверен. Знакомого не увольняли только потому, что переводил он на самом деле хорошо и, если удавалось убедить его, что дело спешное, быстро…

Меня еще в детстве в книжке про занимательную физику поразила такая история. Спрашивается, нужно ли стремиться в измерении к точности? Конечно, скажет каждый, нужно. К какой точности? К возможно большей, скажет каждый. И ошибется. Например, как и с какой точностью лучше мерить расстояние от Москвы до Питера? В сантиметрах? В метрах? Оказывается, для каждого измерения есть предел точности. И для каждого дела — предел совершенства.

Деловые бумаги не пишут высокохудожественным стилем не только потому, что некогда, а в основном потому, что незачем. И себя, незаменимого, надо беречь для будущих свершений, стараясь находить в различных ситуациях оптимальные решения.

Автор — член Европейской ассоциации психотерапевтов (ЕАП)